Громкий пук. История газификации Забайкалья. Часть 2.

Фото — нейросеть

Год 2013-й от Рождества Христова стал годом надежды для жителей Читы. В регионе сменилась власть, и зазвучали новые политические заявления. Причем намерения варягов, временно превратившихся в местных князьков, подкреплялись заявлениями на самом высоком уровне. Казалось, что вот-вот — и в каждом доме запляшут голубые язычки.

Но давайте обо всем по порядку. Накануне 5-летнего юбилея Забайкалья в отставку отправили первого губернатора Равиля Гениатулина. Он руководил областью и краем в совокупности 17 лет. Можно много рассуждать об успехах и недоработках этого периода, вряд ли получится дать справедливую оценку. Но на тот момент было ясно одно — электорат устал от стабильных обещаний светлого будущего и хотел его наступления. Кабинет на Чайковского, 8, занял Константин Ильковский — депутат Госдумы, избранный от «Справедливой России», олигарх средней руки и энергетик с геологическим и горняцким прошлым.

Практически сразу Ильковский и его команда начали говорить про газификацию, очень логично рассуждая о ее связи с энергетикой и экономикой в целом. Впрочем, сначала рационального в этих заявлениях было немного. В мае 2013 года первый зампред Правительства Забайкалья и правая рука Ильковского Алексей Шеметов отвечает на вопрос о газификации. Ответ — хуже некуда. Минэнерго только что разослало регионам проект схемы развития трубопроводного транспорта. Забайкалья в этой схеме нет. Совсем. «Мы направили свое несогласие», — говорит Шеметов. И добавляет сакраментальную фразу: «Источник финансирования — госпрограмма РФ и инвестпрограмма «Газпрома»«.

Заметили подвох? Ни «Газпром», ни федеральный центр не брали на себя никаких обязательств. Это регион сам себя номинировал в получатели газа, не имея ни контракта, ни даже протокола о намерениях. Поставщикам газа, как говорилось в первой части этого материала, интересны большие объемы. Тратить миллиарды рублей на трубу и почти столько же на ее обслуживание, чтобы подключить 50 тысяч домохозяйств и полсотни котельных? Не канает, как говорят некоторые читатели «Вечорки». Спустя три недели, 11 июня 2013 года, врио губернатора Константин Ильковский дает интервью, в котором звучали такие фразы: «Газификация — это не экономика, это в большей степени социокультурный проект. Там, где газификация, продолжительность жизни возрастает, рождаемость, а смертность снижается. Экономика тянется, безусловно».

Тогда же он озвучил тщетность попыток бодаться с «Газпромом» о рентабельности проекта. Край, как он верно подметил, огромный, между селами расстояния в десятки километров. Однако, тем не менее, на этих же условиях появились и Транссиб, и дорога Чита — Хабаровск. Ильковский обещал развитие экономики и рост населения с появлением газа. А также третью ТЭЦ для Читы. В качестве примера он привел железобетонный аргумент — случай с почерневшим костюмом после прогулки по Чите: «Такая окружающая среда. И мы этим дышим, и это наш средний возраст, продолжительность жизни, работоспособность и так далее». Спустя месяц, в июле 2013 года, в Читу прилетает Владимир Путин. На встрече с предпринимателями Ильковский жалуется Президенту, что регион даже не учтен в программе газификации. Предлагает построить ответвление от газопровода «Сила Сибири» — от Сковородино через Читу до Улан-Удэ. Это позволит газифицировать 60% населения двух регионов. Президент, по свидетельству самого Ильковского, принимает «политическое решение». В предвыборном материале (он тогда баллотировался на пост главы региона) звучит победная реляция: «Месяц назад Президент принял решение: в Забайкалье будет газ!» Цифры проекта: 1340 километров трубы, более 100 миллиардов рублей, тысяча новых рабочих мест с зарплатой 75 тысяч рублей. Казалось бы, ставьте точку. Но где подпись «Газпрома»? Где протокол совещания у Президента? В публичном поле — ни одного документа. Только слова Ильковского.

«Остаемся газовать» — насмешка из декабря 2013-го

Самое циничное разоблачение этой эпопеи публикует в декабре 2013 года ИА «Чита.Ру». Материал называется «Остаемся газовать» — с издевкой над краевыми властями. Журналисты выясняют, что обещанный Президентом газопровод Сковородино — Чита — Улан-Удэ даже не начали проектировать. Зато руководитель представительства края в Москве Федор Луковцев заявляет «Известиям» о планах добывать в Забайкалье… сланцевый газ и угольный метан. В распоряжении редакции оказывается письмо Ильковского Путину, где губернатор просит «учесть нетрадиционные источники». Ресурсы метана на Апсатском и Читкандинском месторождениях — 80 миллиардов кубометров. Плюс «признаки сланцевого газа». Региональная власть, не дождавшись трубы, готова бурить неизвестно что. Но самое смешное — презентация, которую чиновникам показали на совещании в апреле 2013 года. Ее подготовила некая «Экономическая лаборатория Александра Климентьева». В презентации Читино-Ингодинская впадина называется «Ингондинской», а Апсатское месторождение — «Апсантским». Данные сейсморазведки — 1967 года. Сравнения — со сланцевыми бассейнами США. Главред «Чита.Ру» резюмирует: «При ближайшем рассмотрении презентация кажется не очень качественной профанацией». А что же глава региона? В материале говорится, что после заявлений Луковцева в «Известиях» Ильковский, его первый зам Шеметов и министр природных ресурсов Поляков от комментариев отказались. Пресс-служба губернатора выдала абстрактную фразу: «Вопрос находится в стадии проработки». Классическая бюрократическая отписка, когда делать нечего.

Давайте посчитаем. Альтернатива газопроводу за 100 миллиардов — бурение 200 скважин для добычи сланцевого газа. Каждая скважина — 3 миллиона долларов. Итого — 20 миллиардов рублей. Вроде бы в пять раз дешевле. Но откуда у края эти деньги? Регион дотационный. Федеральный бюджет на добычу сланцев в Забайкалье не закладывал ни копейки. Нужно также сказать и про технологию гидроразрыва пласта (на профессиональном языке это называется фрекинг — ред.). Просвещенный Запад, как бы мы ни ругали его за некоторые перегибы, к экологии относится не в пример заботливее. Там не допускают то, что творит «Олерон» на нашей священной земле, не выкашиваются под корень леса и нет угольных котельных на каждый городской квартал. Фрекинг у зарубежных экологов вызвал не то что опасения, а прямые протесты. Разрыв пласта в некоторых случаях вызывал проникновение газа в водоносные горизонты, и люди пили воду с отчетливым запашком.

Более того, в советское время в Забайкалье уже искали углеводороды и поставили большой знак вопроса — промышленных запасов нет, а разработку существующих залежей надо тщательно просчитать. Власти края обратились в Минприроды с просьбой провести новую геологоразведку за счет федерального бюджета. Ответа не последовало — в бюджет Роснедр на 2014 год эти расходы не заложили. 

От трубы к баллонам

Весной 2014-го прошла Международная конференция по нефтегазовым ресурсам Восточной Сибири. Зампред Луковцев снова в деле. Но риторика меняется кардинально. Ни слова о газопроводе Сковородино — Чита — Улан-Удэ. Вместо этого — переговоры с независимыми производителями из Иркутской области и Якутии о поставках сжиженного природного газа (СПГ) и пропан-бутана. Первые поставки возможны в 2017 году.

Что это означает на практике? Регион соглашается на «голубое топливо в баллонах», только в больших объемах. Это не магистральный газ, который дает дешевое тепло для ТЭЦ и заводов. Это дорогая альтернатива для точечных объектов. Третью ТЭЦ, о которой говорил Ильковский, на СПГ не построишь. Минприроды Забайкалья вносит предложения: подписать наконец соглашение с «Газпромом», разработать генсхему, пересмотреть маршруты «Силы Сибири». Но все это — бумажная активность. «Газпром» по-прежнему молчит. В его официальных планах Забайкалья нет.

Затем бравурные обещания Ильковского поутихли. Так часто бывает в семейной жизни, когда разгоряченные медовым месяцем молодожены окунаются в быт, нехватку денег и так далее. Масштабный фестиваль для молодежи стран Шанхайской организации сотрудничества, собравший тысячи участников в Чите, ударил по казне Забайкалья. Начались проседания, край стал набирать кредиты, но и они не помогли платить зарплату бюджетникам. Хотя казалось, что такие задержки остались далеко в 90-х. Власти спохватились и стали экономить, но отправили под нож самые болезненные направления — выплаты льготникам и медицину. Замаячила перспектива китайской экспансии. В Правительстве края заговорили, что компания из КНР намерена взять в аренду 115 тысяч гектаров забайкальской земли. Вдобавок край начал сильно гореть — в пожароопасный период 2015-го пылали и дома, и тайга. Финальным ударом стала обострившаяся ситуация с ветхим жильем, которое вместо расселения маскировали как могли. Эти махинации аукаются до сих пор — суд над заммэра Читы состоялся буквально на прошлой неделе. В общем — не до газу, быть бы живу. Весной 2015-го Ильковский благополучно ушел в отставку с мягкой формулировкой «по собственному желанию».

В следующем выпуске мы расскажем, чем небритый выходец из Якутии походил на прелюбодея, завлекающего в свои сети неопытную пташку. Почему у суровой училки был шанс играть на той же дудке? Эта музыка будет вечной?

Яков Самосвалов